| Отто: |
|
| Да, я почтальон, но не постоянно. В свободное время. Здравствуй, Мария.
|
| Мария: |
|
| Я все сделала, госпожа Аделаида. Мне можно идти?
|
| Аделаида: |
|
| Да, да, Мария, спасибо. Ах, да, если бы вы только тарелки подогреть поставили, ладно? А остальное уж Юлия сделает, хорошо?
|
| Мария: |
|
| Хорошо, госпожа Аделаида. Я подогрею тарелки. Я их поставлю и пойду? Больше ничего?
|
| Аделаида: |
|
| Нет, нет, можете идти, Мария. Здесь же Юлия остается. Да! Еще кое-что. Свечи поставьте на стол. А потом можете идти... Вино вы ведь уже открыли? Ну тогда откройте. И вы нам больше не нужны.
|
| Мария: |
|
| Тарелки, свечи, вино.
|
| Отто: |
|
| Моя соседка. Мы рядом живем. Мы с ней знакомы.
|
| Виктор: |
|
| Вот как? Поздравляю.
|
| Отто: |
|
| Она приехала из Исландии несколько лет назад.
|
| Виктор: |
|
| неужели?
|
| Александр: |
|
| Она очень странная.
|
| Аделаида: |
|
| Кто?
|
| Александр: |
|
| Мария. Да Мария же.
|
| Аделаида: |
|
| Иногда она меня просто пугает.
|
| Александр: |
|
| Как прекрасно было, наверное, верить, что мир таков, каким здесь изображен. Эта Европа — словно Марс! Ну, то есть, ничего общего с истиной.
|
| Отто: |
|
| А ведь жили! И не плохо жили, однако. Погодите, какое же это число? Тысяча триста девяносто два.
|
| Александр: |
|
| Может, лучше карту сейчас убрать. Отто помогите мне. У меня странное чувство, что наши современные карты тоже никакого отношения к истине не имеют.
|
| Отто: |
|
| К какой истине? Вы упорно настаиваете на какой-то истине.
|
| Виктор: |
|
| Истина, «что есть истина»?
|
| Отто: |
|
| Истины вообще не существует. Мы смотрим и не видим ни черта. Вон бежит таракан...
|
| Аделаида: |
|
| Таракан?
|
| Отто: |
|
| ...Par exemple, madam (К примеру, мадам), excuse moi (Простите меня)[1]. Так вот, бежит таракан вокруг тарелки и воображает, что целеустремленно движется вперед.
|
| Виктор: |
|
| Откуда вы знаете, что думает таракан, который бежит вокруг этой вашей тарелки? Может быть, это у него ритуал такой? Тараканий.
|
| Отто: |
|
| «Может быть». Все может быть. Может быть. А мы всё твердим: «истина», «истина».
|
| Юлия: |
|
| Вам помочь?
|
| Александр: |
|
| Нет, что вы. Давайте поставим сюда, Отто. Замечательная карта.
|
| Отто: |
|
| Я рад. Все может быть. Карта действительно высший класс[2].
|
| Александр: |
|
| Кстати, где малыш? Где мальчик?
|
| Аделаида: |
|
| Я не знаю. Он все время здесь крутился.
|
| Юлия: |
|
| Пойти поискать?
|
| Александр: |
|
| Не надо. Он наверное гуляет.
|
| Виктор: |
|
| Мне кажется, он чем-то расстроен.
|
| Отто: |
|
| Что-то случилось?
|
| Александр: |
|
| Нет, нет, я сейчас приду. Ужин готов.
|
| Виктор: |
|
| Вы сказали, что приобрели больше времени для своих занятий. Что вы имели в виду.
|
| Отто: |
|
| М-м?[3]. А?
|
| Виктор: |
|
| Так. Ничего. Он где-то здесь.
|
| Отто: |
|
| А да[4]! Я в некотором смысле коллекционер.
|
| Аделаида: |
|
| Действительно?
|
| Виктор: |
|
| Как это «в некотором смысле»?
|
| Отто: |
|
| Что вам сказать?... Я коллекционирую события... Те, которые принято считать необъяснимыми. Но достоверные. А на доказательства достоверности уходит много времени - и денег, конечно. Ездить много приходится, поэтому я и почтальон... к тому же.
|
| Аделаида: |
|
| Как это «необъяснимые»?
|
| Марта: |
|
| Жаль, что малыш убежал. Он обожает такие истории.
|
| Отто: |
|
| Правда? Неужели?
|
| Виктор: |
|
| И все-таки, я не совсем понимаю.
|
| Отто: |
|
| Ну вот, например... Нет, не стоит. А вот хотя бы это. Еще до войны это было, жила в Кенигсберге вдова с сыном. Началась война. Сына призвали в армию, ему восемьнадцать лет было. Ну, они решили пойти к фотографу и сделать снимок на память. Вдвоем - мать с сыном. Снялись они. Сына отправили на фронт. А через нексколько дней убили.
|
| Аделаида: |
|
| Боже мой...
|
| Отто: |
|
| За неразберихой и несчастьями вдова наша про заказанные фотографии, конечно, забыла...
|
| Аделаида: |
|
| ...Почему «конечно»? как раз она никак не могла бы забыть об этих фотографиях!
|
| Виктор: |
|
| Ну, хорошо, это неважно, в конце концов.
|
| Отто: |
|
| ...В общем, неважно почему, только фотографии она не выкупила. Кончилась война, переехала она в другой город, подальше от воспоминаний...
|
| Аделаида: |
|
| Она что, даже не попыталась разыскать этого фотографа? Последний снимок сына!
|
| Виктор: |
|
| А ведь вы, ангел мой, никому рта не даете раскрыть. Прошу прощения[5].
|
| Марта: |
|
| Ну, мама.
|
| Аделаида: |
|
| Хорошо, молчу, простите.
|
| Отто: |
|
| ...Да нет, ничего... Одним словом, много лет спустя, году... кажется, в шестидесятом, она пошла в фотоателье и заказала снимок, хотела подарить подруге на память. Снялась. А когда получила готовые фотографии, то увидела на них не только себя, но и сына своего погибшего. Ему было восемьнадцать лет на снимке этом, ну, а ей соответственно с тем временем, когда она фотографировалась.
|
| Марта: |
|
| И это все так и было? Так, как вы рассказали?
|
| Отто: |
|
| Да, все так и было.
|
| Виктор: |
|
| И как вы это проверили?
|
| Отто: |
|
| Я разговаривал с этой женщиной. И у меня есть фотография. Где она в шестидесятом, а ее сын в военной форме сорокового...
|
| Аделаида: |
|
| Господи...
|
| Отто: |
|
| ...И кроме того, у меня есть фотокопия его метрики и заверенная нотариусом копия извещения о его смерти.
|
| Виктор: |
|
| А вы нас не разыгрываете?
|
| Отто: |
|
| Отнюдь... У меня подобных случаев около трехсот[6] собрано. 284, чтобы быть точным. Просто мы слепые, ничего не видим.
|
